В 40-й день рождения Шайа ЛаБафа, одной из самых противоречивых и спорных фигур современного кино, вспоминаем его непростой и не менее противоречивый путь к славе. От диснеевских лавров и похвал от Стивена Спилберга — до изнурительных по самоотдаче ролей, скандалов и перформансов, граничащих с шуткой.
Первые шаги
Начало феномена Шайа ЛаБафа как актёра и перформера, который закошмарил половину Голливуда, стоит искать на задворках Лос-Анджелеса — именно там будущая звезда росла в небогатой семье хиппи. Мать работала художницей, в прошлом была танцовщицей, а отец, ветеран войны во Вьетнаме, после возвращения на родину стал профессиональным клоуном и боролся с алкогольной и наркотической зависимостями. Позже ЛаБаф не раз признавался, что отношения с отцом стали одной из главных травм его жизни (этот опыт он отразил в драме «Милый мальчик»).
Чтобы помочь семье с деньгами, актёр рано начал выступать со стендапом, а затем оказался на телевидении. Известность пришла к нему в начале 2000-х благодаря популярному диснеевскому ситкому «Зажигай со Стивенсами», где юный ЛаБаф мгновенно покорил зрителей своей энергией и природным обаянием и даже удостоился дневной премии «Эмми». Голливуд быстро увидел в нём новую большую звезду, и роли посыпались сами собой: сначала в «Константине: Повелителе тьмы», «Кладе», «Я, робот», «Паранойе», а позже и во франшизе «Трансформеры» — первый фильм которой, к слову, стал одним из самых кассовых в 2007 году. Так ЛаБаф стал одним из наиболее перспективных актёров поколения, которого нарекли «новым Томом Хэнксом». Казалось, впереди парня ждали десятилетия безоговорочного успеха, однако вместе с популярностью росло и внутреннее напряжение, которое вскоре выплеснулось наружу.
К блокбастерам и обратно
После успеха «Трансформеров» карьера ЛаБафа развивалась стремительно: к роли Сэма Уитвики добавилась роль сына Индианы Джонса в «Королевстве хрустального черепа», позже были «На крючке» и «Уолл-стрит: Деньги не спят». Продюсеры продолжали проталкивать его вверх, однако сам Шайа начал вставлять им палки в колёса: с одной стороны, он много говорил о творческом кризисе и многочисленных разочарованиях в индустрии (в частности — в «старине Спилберге»), с другой — начал попадать в неприятные истории с опасным вождением и скандалами с соседями.
Так актёр начал отворачиваться от большого Голливуда.
Вместо очередных франшиз его стали интересовать авторские проекты и режиссёры, готовые рисковать. В начале 2010-х ЛаБаф всё чаще появлялся в независимом кино, где мог позволить себе экспериментировать и выходить за рамки привычного экранного образа. Один из таких проектов — «Нимфоманка» Ларса фон Триера или, например, срежиссированный самим ЛаБафом короткометражный «Маньяк». Правда, вместе с творческой свободой пришло и стремление постоянно испытывать собственные пределы — вскоре оно начнёт проявляться не только на съёмочной площадке, но и далеко за её пределами.
Не просто актёр
Одержимый идеями method acting ЛаБаф стремился не играть персонажей, а буквально жить ими. На съёмках криминальной драмы «Самый пьяный округ в мире» он пил настоящий алкоголь, чтобы лучше почувствовать состояние своего героя. Работая над военной драмой «Ярость», он месяцами не мылся, самостоятельно выбил себе зуб и даже нанёс порезы на лицо ради большей достоверности (за что Брэд Питт назвал его одним из худших коллег по площадке).
Для одних это было свидетельством невероятной самоотдачи, для других — напускным желанием сыграть на нервах индустрии, для третьих — тревожным признаком того, что актёр перестаёт отличать профессию от реальности.
Параллельно его всё сильнее увлекали современное искусство и перформанс-арт. После обвинений в плагиате в 2013 году ЛаБаф неожиданно объявил, что больше не хочет быть знаменитостью. В соцсетях появилось загадочное сообщение I AM NOT FAMOUS ANYMORE, а вскоре актёр вышел на красную дорожку Берлинского кинофестиваля с бумажным пакетом на голове с этой же фразой. Затем последовали странные художественные акции: молчаливые интервью, марафоны фильмов со своим участием и другие эксперименты, задуманные совместно с современными художниками Настей Ронкко и Люком Тёрнером, в которых главным расходным материалом становился сам актёр. До мемов тоже дошло — вспомним культовое видео, где актёр выкрикивает JUST DO IT на фоне хромакея. Со стороны это выглядело как затянувшийся кризис идентичности: чем дальше в лес, тем сложнее было понять, где заканчивается сам Шайа ЛаБаф и начинается лишь созданный им образ безумного артиста.
Реальные последствия
К середине 2010-х эксцентричность ЛаБафа перестала выглядеть как безобидное чудачество. Если раньше его выходки можно было списать на любовь к перформансу, то теперь всё чаще речь шла о вспышках агрессии, алкоголизме и проблемах с законом.
В 2014 году актёра арестовали во время спектакля на Бродвее: по сообщениям очевидцев, он курил в зале, выкрикивал реплики актёрам и вел себя неадекватно. Это был лишь первый громкий эпизод в длинной череде задержаний. В последующие годы ЛаБаф неоднократно попадал в полицейские сводки из-за драк, хулиганства и нарушений общественного порядка. Особенно резонансным стал инцидент в Джорджии в 2017 году. После отказа дать ему сигарету актёр устроил скандал, а во время задержания позволил себе серию расистских оскорблений в адрес полицейских. Позже он назовёт произошедшее одним из самых постыдных моментов своей жизни.
Настоящий удар по репутации ЛаБафа нанесла история его отношений с певицей FKA twigs. Они познакомились на съёмках фильма «Милый мальчик» в 2018 году и вскоре начали встречаться. После расставания в декабре 2020 года артистка подала иск против бывшего партнёра, обвинив его в сексуализированном, физическом и психологическом насилии. В иске утверждалось, что актёр душил её, контролировал общение с окружающими и систематически подвергал эмоциональному давлению. Позже похожими историями поделились и другие женщины, состоявшие с ним в отношениях.
Ответ ЛаБафа оказался неожиданно откровенным. Хотя он отрицал часть обвинений, актёр публично признал, что годами причинял боль близким людям, страдал от алкоголизма и приступов агрессии. Именно тогда ореол безумного гения, который долгое время окружал ЛаБафа, наконец оказался под вопросом: где проходит граница между хоть и шокирующим, но всё же перформансом и причинением реального вреда окружающим?
Перформанс всей жизни
История Шайа ЛаБафа остаётся одной из самых противоречивых в современном Голливуде именно потому, что простых ответов в ней нет. Несмотря на скандалы, аресты и обвинения, его талант практически никто не ставит под сомнение. ЛаБаф по-прежнему остаётся актёром, которого высоко ценят многие режиссёры — от Ларса фон Триера до Абеля Феррары, пригласившего артиста в «Молодого Папу», и Фрэнсиса Форда Копполы с его «Мегалополисом».
Даже самые жёсткие критики обычно признают: когда речь заходит о работе в кадре, Шайа могут уступить многие его коллеги.
В этом и заключается главный парадокс его биографии. С одной стороны, ЛаБаф — человек, выросший в травмирующей среде, много лет страдавший от зависимостей и, очевидно, ведущий непростую борьбу с собственными демонами. С другой — разбираться с последствиями этой борьбы приходится уже окружающим. За годы карьеры ЛаБаф успел побывать и многообещающей голливудской звездой, и современным художником-провокатором, и интернет-мемом, и героем бесконечных скандалов. Пожалуй, в этом и состоит его главный перформанс — не раз перепридумать свой образ в хаосе жизни и при этом остаться собой, как бы дискомфортно от этого ни было другим.
